Агент Александр Богомолов – о новых рынках и снижении зарплат

Агент Александр Богомолов – о новых рынках и снижении зарплат

Рекомендует опытным игрокам ехать в арабские страны.

Александр Богомолов в качестве игрока трижды стал чемпионом России и дважды побеждал в Лиге чемпионов – с казанским «Зенитом» (2008) и «Белогорьем» (2014). После завершения игровой карьеры он вошёл в тренерский штаб белгородской команды, выиграв с ней Кубок ЕКВ и Кубок вызова. Однако в 2021-м решил пойти по другому пути, начав агентскую деятельность. Сейчас 47-летний Богомолов работает с волейболистами всех российских лиг и периодически отправляет россиян играть за границу.

«Мне нужна была работа с меньшим уровнем стресса»
– Александр Викторович, вы были тренером в системе «Белогорья», в том числе в главной команде. Почему оставили эту работу?

– Не справился с давлением.

– С психологическим?

– Нет, с артериальным. Оно постоянно подскакивало, потому что я сильно нервничал. Могло быть, например, 180 на 140. Пропускал всё через себя, сильно переживал после поражений и пару раз оказывался в больнице. Выяснилось, что мне мучительно тяжело смотреть на площадку со стороны и не в силах что-то сделать самому. Даже когда за игрой сына Максима сейчас наблюдаю, очень волнуюсь – аж ладони потеют. Хотел остаться в волейболе, но при этом найти работу с меньшим уровнем стресса. К счастью, это удалось.

– Как стали агентом?

– У меня после игровой карьеры остался обширный круг общения, куча знакомых за границей. Мне постоянно писали с просьбами помочь с контактами, состыковать с тем или иным игроком, тренером, клубом. Например, однажды помог американскому волейболисту подписаться в норвежском клубе. Там работает тренер Валерий Тузов, с которым мы играли в «Автомобилисте». Кому-то помог в Израиль уехать, кому-то – в Казахстан. Чисто по дружбе.

Потом один знакомый говорит: «Саша, а почему ты за подобную помощь деньги не берёшь»? Я подумал, что это действительно могло бы стать моей профессией. В 2021 году сдал экзамены и получил в федерации агентскую лицензию. Когда-то в нашем волейболе был только «Волей Сервис», а сейчас около десятка спортивных агентов.

– Есть руководители клубов, которые называют агентов не иначе, как «жучками» – бесполезными и наживающимися на игроках.

– Я знаю этих людей, нормально к ним отношусь и общаюсь с ними. Это люди старой школы. Они имеют право на мнение. Но я не согласен с тем, что агенты бесполезны.

– Работать с агентом необходимо или можно обойтись без него?

– Мне кажется, таким игрокам как Максим Михайлов или Дмитрий Мусэрский агент нужен постольку-поскольку. Только в определённых моментах. Работа сама их найдёт, они очень востребованы, плюс они могут себе позволить нанять юриста, если будет необходимость.

Другое дело – молодые игроки, которым ещё только предстоит выстроить карьеру. Думаю, им необходим специалист, знающий все нюансы рынка – молодёжной лиги, высшей лиги, суперлиги. Задача агента устроить игрока так, чтобы он не только зарабатывал, но и развивался. Для молодых деньги вообще должны быть на втором месте.

– Агент должен быть другом?

– В идеале агент – это добрый товарищ, которому ты доверяешь. Иногда ведь нужно не просто правильно составить контракт, но и выслушать, дать человеку выговориться, понять его и помочь советом. Разумеется, ты обеспечиваешь игрока юридической защитой, помогаешь правильно составить контракт. Покупка билетов, бронирование отелей, поиск квартиры, помощь с переездом – мне кажется, современный спортивный агент должен брать на себя и эти бытовые заботы, облегчая жизнь клиенту. Если речь идёт о молодых игроках, то агент должен контролировать ещё и вопросы учёбы.

«В пик переговоров телефон разряжался дважды за день»
– Каким должен быть хороший спортивный агент?

– Прежде всего, абсолютно честным по отношению к своему клиенту. Допустим, если у него есть три варианта продолжения карьеры, нужно озвучить все. Да, ты можешь советовать тот или иной вариант, но умалчивать другие нельзя. Мне кажется, доверие и отсутствие секретов между игроком и агентом – залог успешного и долгосрочного сотрудничества. Если игрок планирует операцию, то агент должен узнать об этом сразу после родителей и жены.

Конечно, во время переговоров с клубами агенты пытаются добиться максимально комфортных условий для игроков, но при этом важно оставаться порядочными людьми. Если ты обманул и скрыл травму, с тобой в следующий раз просто не будут общаться. Сколько было случаев, когда игрока покупали как лидера, а он приезжал, начинал прыгать и выяснялось, что у него хроническая травма. Оказывается, летом он сделал пластику на «крестах», но новому клубу об этом не сообщили.

– Вы про бразильца Алана в «Кузбассе»?

– Не только. Такое сплошь и рядом. Клуб проводит углубленный медосмотр, там всё нормально. Но факт операции скрыт. Чистой воды обман. Игрок лечится, а клуб в пролёте. Все хронические травмы должны быть прописаны. И тут уже клуб должен решать, хочет он подписывать игрока с такой историей травм или нет.

– Сколько процентов берёте со сделки?

– Пять процентов. Мне кажется, это адекватная цифра, хотя есть и те, кто берёт 10. У меня сейчас много молодых ребят, с которых я не беру никаких денег. Не вижу в этом смысла, поскольку у них минимальные зарплаты. Работаю на перспективу. Поездки на переговоры, конечно, отнимают время и деньги, но, думаю, в будущем всё вернётся.

– Агенту платит игрок или клуб?

– Разные схемы есть. Есть клубы, которые сами выплачивают комиссию агенту. А есть клубы, которые закладывают комиссию в зарплату игрока.

– Сложно ли было войти в агентский бизнес?

– Нет. Я вроде не был замечен в каких-то негативных историях, поэтому никаких препятствий не было. Со многими руководителями клубов и главными тренерами пересекался по ходу игровой карьеры – начальная база для работы была. Большой волейбольный опыт тоже помогает. Мне по ходу карьеры вообще повезло поработать с такими глыбами как Вячеслав Платонов, Геннадий Шипулин, Валерий Алфёров, Сергей Цветнов, Владимир Алекно. «Изумруд» Алфёрова уже не рвётся в суперлигу, но постоянно в призёрах вышки и даёт возможность раскрываться молодым игрокам.

Перед подписанием контракта с клубом обязательно ставлю себя на место клиента: смотрю, какие моменты мне нравятся, какие – нет. Юридическое образование для агента очень полезно, но если его нет, обязательно должен быть человек, с которым ты можешь оперативно проконсультироваться. Я нашёл хорошего спортивного юриста в мире баскетбола, с которым довольно часто консультируюсь.

– А как часто общаетесь с клиентами?

– Раз в десять дней точно происходит общение в мессенджерах или по телефону. Мы вот с вами час разговариваем, а уже три звонка было. С марта по май, когда переговорный пик, телефон по два раза за день разряжался – настолько много общался. Даже с женой пару раз из-за этого ругались. Меня можно назвать начинающим агентом, поэтому я активно работаю, получаю удовольствие от процесса. Надеюсь, в будущем всё это не приестся.

У меня сейчас примерно 25 игроков, в том числе четыре волейболистки. В основном это молодые ребята из высшей лиги. В суперлиге тоже есть несколько ребят. Илья Сподобец проведёт новый сезон в «Нефтянике». Для него это шанс раскрыться как лидеру команды. «Ярославич» настроен вернуться в суперлигу. С этой задачей команде должны помочь Иван Кузнецов и Никита Савостьянов.

– У кого вы учились?

– Я общался с несколькими известными футбольными агентами, которые помогли мне с базовыми вещами, в том числе с философией работы с клиентами. В частности, они говорили, что ты всегда должен быть готов заплатить свои деньги, чтобы решить оперативные вопросы по игроку. У меня уже была история, когда пришлось самому оплачивать трансферный взнос за волейболиста, уехавшего за границу. Это было в моменте, когда российские банки были отключены от системы SWIFT.

– А кто у вас был агентом?

– У меня его не было. Никто мне даже не предлагал сотрудничать. Не знаю, почему так получилось. Возможно, дело в том, что раньше был только «Волей Сервис». Они работали с топовыми игроками, а за волейболистами второго эшелона не охотились.

– Ваш сын Максим в прошлом сезоне выступал в высшей лиге А за «Автомобилист». Где будет в новом сезоне?

– Он пока в Белгороде – восстанавливается от повреждения. Как только наберёт форму, поедет играть. Сейчас как раз прорабатываю варианты.

«Оказывается, есть много стран, где волейбол стремительно развивается»
– Пандемия, СВО. Как эти катаклизмы отразились на уровне зарплат в российском волейболе?

– Отразились прилично. У многих клубов сократились бюджеты. За счёт оптимизации других расходов они пытаются сохранить зарплаты игроков на прежнем уровне, но есть тенденция к снижению контрактов. Поэтому игроки среднего уровня и ниже среднего сейчас рассматривают заграницу. Благодаря курсу доллара к рублю можно найти хорошие варианты.

– Наши клубы платят легионерам в долларах или в рублевом эквиваленте?

– Обычно в эквиваленте. При этом в контракте прописывается максимальный курс, по которому клуб будет закрывать контракт. Например, 100 рублей. Таким образом, клуб оказывается защищен от ситуации, в которой доллар будет стоить 120 рублей.

– Какие сейчас есть перспективные направления за рубежом?

– Те, о существовании которых мы раньше даже не знали – Ирак, Бахрейн, Тунис, Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Казахстан. В Ирак я устроил доигровщика Алексея Карпенко, который до этого никогда не играл за границей. На краткосрочные контракты туда ездил связующий Вадим Ожиганов – играл в Кубке Азии. Помогли старые связи. Сейчас сборную Ирака тренирует специалист, с которым мы когда-то вместе играли в Катаре.

– Вы играли в Катаре?

– Да, я ездил на полтора месяца в 2009 году после завершения сезона в России. Возможно, поэтому эта информация не зафиксировалась в общедоступных источниках. Выступал за клуб «Полице» вместе с кубинцем Леонелем Маршалом. Мы проиграли в финале Кубка эмира «Аль-Араби» с Османи Хуантореной и Вутом Вийсмансом. Обычно в Катаре берут доигровщиков и диагональных, но у них сломался блокирующий, поэтому экстренно взяли меня. Но в итоге я всё равно заканчивал турнир в доигровке – нужен был высокий съём в четвёртой зоне.

– Кому сейчас советуете ехать за границу?

– Опытным игрокам, которые готовы к тому, что из них будут выжимать все соки. Уезжать молодым – большой риск. Только если в топовые чемпионаты и к конкретным тренерам. Как это произошло с Ариной Федоровцевой и Максимом Сапожковым. Они поехали учиться, набираться опыта, становиться сильнее.

Арабские чемпионаты всё-таки для состоявшихся игроков, которые будут давать результат и которые морально готовы к повышенным требованиям. У игроков из первой восьмерки клубов российской суперлиги вряд ли будет желание уезжать, поскольку дома условия лучше. А вот дальше возможны варианты. Те игроки, которые у нас считаются средними, в других чемпионатах будут сильными. И могут получить хороший контракт. Оказывается, есть много стран, в которых волейбол тоже есть и стремительно развивается. Тот же Казахстан, например.

– Кто у вас там?

– Никита Козлов. В прошлом сезоне он помог «Павлодару» впервые в истории стать чемпионом страны. А ведь поначалу его не хотели подписывать – опасались, что 35-летний игрок физически не выдержит нагрузок. В Казахстане туровая система и бывает по семь матчей за девять дней. Это действительно очень тяжело. Мы пошли на то, чтобы прописать в контракте возможность разрыва в случае проблем с физической формой игрока. Потому что была полная уверенность в Никите. Он в хорошем смысле слова машина – не курит, не пьёт, режимит и даже в отпуске ежедневно тренируется. В этом году отправляем в одну из арабских стран диагонального Виталия Васильева. Скоро можно будет сообщить о клубе.

«Переход Чжана – главный трансфер лета в суперлиге»
– Вы упомянули Сапожкова. У вас есть понимание, почему «Локомотив» его не вернул из Италии, хотя им нужен диагональный?

– Согласен, Сапожков бы сейчас был им весьма кстати. Скорее всего, «Локомотив» сначала договорился с «Моденой» по Сапожкову, а затем стало известно, что Лубурич не останется. Кстати, я выходил на Дражена. Для него было хорошее предложение из другого российского клуба. Он честно сказал: «Саша, не предлагай никакие деньги – не останусь». У них с женой маленький ребёнок, и он решил поехать в Турцию, поближе к дому.

– В Турции оказался и Мэттью Андерсон. Его европейский агент теперь будет в чёрном списке для российских клубов?

– По Андерсону я не знаю деталей. Честно говоря, трудно представить, что могло заставить игрока разрывать столь выгодный контракт. Надеюсь, всё будет в рамках закона, и клуб получит неустойку. Есть контракт, есть штрафные санкции. Если он уйдёт бесплатно, будет нехороший прецедент.

– В нашем чемпионате всё ещё остаются звёзды – Майка Кристенсон, Женя Гребенников, Цветан Соколов. Потому что здесь платят в два раза больше, чем в Европе?

– Больше, но не в два раза. Итальянские и турецкие клубы тоже вполне платёжеспособные и могут предложить игрокам хорошие деньги. В Турции их всегда было много в женском волейболе, но теперь, похоже, они появляются и в мужском. В прошлом сезоне там играли Хуанторена и Абдель-Азиз, теперь едут Нгапет, Лубурич и Андерсон. Понятно, что российским клубам и раньше приходилось переплачивать 100–200 тысяч евро, а в нынешней ситуации тем более, учитывая, что рынок сильно сузился. Приходиться заманивать деньгами. Но при этом легионеры смотрят ещё и на коллектив, на атмосферу. Я уверен, что Кристенсон так надолго не остался бы в Казани, если бы ему не было комфортно с этим тренером, с этой командой.

– Какой трансфер лета вы считаете главным в российской суперлиге?

– Переход китайца Цзиньинь Чжана в «Белогорье».

– Как говорится, сам себя не похвалишь – никто не похвалит.

– Ха! На самом деле я искренне верю, что он станет открытием нашего чемпионата. «Белогорью» нужен был игрок, который решит проблему высокого мяча. Поверьте, такого игрока для Белгорода искали все агенты. Насколько я знаю, клубу предлагали десятки вариантов, но Чжан оказался оптимальным. Я четыре месяца вёл по нему переговоры. Они шли очень тяжело, но в итоге увенчались успехом. Чжан – первый китаец, который уехал из своей страны на полный контракт. В прошлом сезоне в Польше он провёл всего пару месяцев. Он высокий, молодой, прыгучий, с мощной подачей и хорошим блоком. Однозначно усилит Белгород. Учитывая добрую семейную атмосферу в «Белогорье» у него не должно быть проблем с адаптацией.

– Ещё будут китайцы?

– Сейчас работаю ещё по одному игроку. Надеюсь, успеем договориться до начала сезона.

– Чуань Цзян?

– Пока не готов назвать не имя, не амплуа. Но, разумеется, это игрок основного состава сборной Китая.

– Какой переход вас удивил?

– Мне кажется, здесь вообще двух мнений быть не может – переход Титича в «Зенит». Говорят, Андрей сильно схуднул и находится в хорошей физической форме. Будет интересно на него посмотреть.

Таблица переходов суперлиги-2023

Тренер «Белогорья» 20 лет назад снялся в фильме Абдулова. Он сыграл санитара

«До 25–26 лет волейболист должен делать всё, чтобы не сидеть на банке»
– Каждое межсезонье в российском волейболе происходит массовая миграция игроков. Все живут сегодняшним днём?

– В больших клубах лидеры точно на долгосрочных контрактах. У них есть финансовая стабильность и возможность строить состав на несколько сезонов вперёд. В командах-середняках – другая ситуация. Где-то волейболисты не горят желанием надолго связывать себя с клубом, мечтая о повышении уже через год. Где-то клубы не хотят рисковать и рассчитывают усилиться ещё лучше в следующем году. Всё это приводит к тому, что однолетних контрактов больше.

– Как вы относитесь к тому, что игроки подписывают соглашения с новыми клубами в октябре-ноябре?

– Лично мне это не нравится. У людей разный характер. Один продолжит играть, как ни в чем не бывало, полностью отдаваясь р

При наличии видеоролика перейдите по ссылке в видео, чтобы смотреть в полный экран. При необходимости пройдите регистрацию в социальной сети Вконтакте. Если видео заблокировано или отсутствует — воспользуйтесь поиском по сайту. При недоступности видео в вашей стране попробуйте через VPN-сервер из России. Заказать личный VPN-сервер

Магазин мячей Mikasa